Ежегодное ожидание чуда
Интересно проследить, как человечество пыталось зафиксировать начало годового отсчета времени, приурочив его к определенным циклов природы. Так, в древнем Египте Новый год праздновали в конце сентября – когда разливался Нил, а римляне в течение длительного времени с приходом весны, пока Юлий Цезарь не ввел юлианского календаря, который начинается январем (январем), названным так в честь бога Януса, двуликость которого как бы символизировала стык времен – прошлого и будущего. Поэтому во время праздника встречи Нового года было принято дарить монетки с изображением двуликого Януса. В средние века начало года отмечали в разные дни марта, сентября и декабря. Самоорганизующиеся приближения Нового года до Рождества состоялось вскоре после введения григорианского календаря, 1594 года, когда французский король Генрих IV перенес праздник на 1 января. Вскоре вслед за Францией, как законодателем мод, этот обычай переняли и другие западноевропейские страны, в частности с 1700 года по указу Петра Первого – Россия.
Изменение мизансцен от католического Рождества до Нового года и далее – до православного Рождества определяет дистанцию в две недели, что позволяет очень остро почувствовать, что человечество за два тысячелетия со дня рождения Христа так и не избавилось от языческих культов – некоторые из них, пробравшись в церковные обряды , приобретали статус христианских ритуалов. Соединенными сосудами переливаются в сознание жителей Европы догматы канонической церкви и буйство древних верований, подтверждая сибаритське высказывание Гюго: «Жизнь – это блюдо, которое нравится только благодаря приправе».
